Что стоит почитать и посмотреть в следующем месяце: декабрь и январь 2018-19

Мне кажется, на счет подходящей книги или фильма можно отнести половину (а то и больше) праздничного настроения. Так что, вместо того, чтобы потом, в январе или феврале рассказывать вам, какие замечательные книги я читала (а вы нет), озвучу-ка я вам свои рекомендации заранее — тем более, что уже в это воскресенье Адвент. Ну а если вам есть, что порекомендовать взамен, я буду только рада!

Книги, написанные в викторианскую эпоху:

Книги издательств Valancourt Books и «Никея». Я понимаю абсурд того, что эти два имени оказались на одной строчке — гей-пара из Вирджинии и православное издательство из Москвы. Но — их объединяет любовь к редким книгам.

Valancourt начинали с редких готических романов — например, в «Нортенгерском аббатстве» Джейн Остен упоминаются семь «ужасов», долгое время считавшихся выдумкой автора. «Обнаружили» их только в 1920-х, и издавали в последний раз небольшим тиражом в 1968. И куда прикажете деваться любителю Остен? Valancourt вручную набирают текст с библиотечных микрофильмов, а затем печатают каждую книгу под заказ. И вот уже третий год они выпускают под Рождество сборник «историй о призраках». (Они, как я недавно писала, были изначально развлечением исключительно зимним). Сборники эти можно купить на британском Амазоне. В первом содержатся произведения в том числе и именитых авторов, например, «Капитан Полярной звезды» Артура Конан-Дойля (англ., рус.), «Рассказ старой няньки» Элизабет Гаскелл (англ., рус.) и «Комната с гобеленами» сэра Вальтера Скотта (англ., рус.), а вот второй и третий состоят из малоизвестных произведений.

У издательства Никея подборка рождественских, святочных да и просто зимних рассказов значительно богаче, но обращена в основном уже на русских писателей. Многим травмированным школьным курсом литературы русский литературный Олимп на первый взгляд кажется очень высоким, но довольно пустым — как будто кроме нескольких титанов, перекидывающихся в журналах едкими шпильками и многословными рецензиями, и не существовало популярной литературы. Одни только лишние люди, бродящие средь синих занавесок. И вроде понятно, что не могли наши предки утешаться одними переводными романами, но…

Сборники Никеи совершенно очаровательные, один другого краше, и самых разных направлений, от религиозной тематики до юмористической. Мой любимый — «Страшные святочные истории русских писателей«.

Маленькие женщины || Луиза Мэй Олкотт (1868-69)

Классика американской — англоязычной, в общем-то — литературы.

Четыре сестры Марч и их мать впервые встречают Рождество без отца — он служит пастором на фронте Гражданской войны. Роман рассказывает об их тяготах и радостях, об отношениях, о взрослении.

Издатель долго подталкивал Олкотт к тому, чтобы она написала роман для девочек, а она долго отказывалась, и когда взялась-таки за него, писала через силу. Но именно детская аудитория — племянница издателя — дала добро первым главам, которыми автор была не очень-то довольно. Хотя я лично не стала бы назвать «Маленьких женщин» именно детской книгой — как не могу назвать детским «Оливера Твиста».

Может, это тяготы моей собственной жизни заставляют меня метаться между мягкими ужасами и прямо-таки агрессивным уютом. Опять же, не поймите меня неправильно — это ничуть не разжижающая мозг своей запредельной умильностью «Белая лошадка». Но и не серьезный роман вроде «Севера и юга» или «Незнакомки из Уайлдфелл-холла». История сестер Марч оказывается ровно посередине — но с дополнительным бонусов в виде просто неописуемого уюта.

Экранизаций у «Маленьких женщин» тьма тьмущая — два еще немых фильма в 1917 и 1918, десять (!) фильмов, телефильмов и сериалов, два аниме (!) и две современных адаптации, одна из которых происходит в Индии. В 2019 году грядет еще одна экранизация, с совершенно невероятным кастом: Мэрил Стрип, Сирша Ронан, Лора Дерн, Эмма Уотсон, Джеймс Нортон, Тимоти Шаламе — мама дорогая. Последняя на данный момент экранизация (BBC, 3 серии, декабрь 2017), хоть и не блещет таким уж звездным составом, настолько же мягкая и теплая как чашка какао и любимый бабушкин плед.

Документальные книги о викторианской эпохе:

The Victorian Christmas || Anna Selby (2008)

Моя первая книга о Рождестве!

На самом деле, довольно короткая, хоть и весьма информативная — и красивая — книга. Селби рассказывает о викторианских рождественских традициях, зачастую гораздо более интересных, чем вам  расскажут в интернете (многие «исторические» или околоисторические блоги склонны из раза в раз повторять, а то и просто копировать друг у другу многажды обмусоленные байки. А еще Селби не стесняется делиться историческими рецептами — включая рецепты моей любимой Элайзы Актон, за что ей низкий поклон.

В принципе, если появится возможность, я советовала бы купить «Викторианское Рождество» именно на бумаге — больно издание красивое, по Kindle-версия сейчас стоит всего 74 цента. Как жадный книжный червь не могу не попытаться соблазнить вас на такую роскошную скидку.

Christmas: A Biography || Judith Flanders (2017)

«Рождество: биография» стала для меня совершенно неожиданным открытием. У меня вообще непростые отношения с Фландерс — ее книги часто пересекаются по тематике с Люси Уорсли, и именно по сравнению с последней у Фландерс слог мне казался несколько тяжелым. Но когда Фландерс не с кем было сравнивать, оказалось, что я была к ней незаслуженно предвзята.

«Биография» — книга просто потрясающая, если вы хотите чуть глубже погрузиться в историю возникновения и развития рождественских традиций. как заправскую зануду, меня она окончательно завоевала не только как кладезь информации, но и тем, что систематизировала беспорядок у меня в голове. Думаю, я буду делиться историями из нее еще много лет подряд — уж не обессудьте.

Художественный фильм о викторианской эпохе:

Человек, который изобрел Рождество (2017)

Мне кажется, достаточно будет оставить здесь ссылку на трейлер… нет? Ну ладно!

«Человека» ни в коем случае нельзя обвинить в том, что он рассказывает правдивую историю создания «Рождественской песни в прозе». Но это фильму ни в коем случае нельзя поставить в вину. Скорее даже наоборот. Диккенсу за почти два века уже окончательно приписали заслугу популяризации празднования Рождества в народе — совершенно несправедливо, как многажды доказывает Фландерс (ха!). Фильм именно о легенде Диккенса — как автора Рождества, так и человека (давайте уж будем честны). И эта легенда, милая, домашняя и праздничная, отлично поднимает настроение.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о