Индустриальная революция

Крис Уормелл, иллюстрация к «Еде в Англии» Дороти Хартли

«Историку, изучающему быт, трудно объяснить читателю разницу между бедностью и богатством, между едой хорошей и плохой — они находятся в разных категориях. В ранней английской истории граница между узкой прослойкой невероятно богатых людей и нищими бедняками проходит не по еде.

Землевладелец мог закатывать пиры, пока его арендаторам приходилось скрести по сусекам, но продукты они при этом употребляли одни и те же. Лесные законы, наказания за воровство овец и орды беспомощных бродяг скрывают основы диеты. Население Англии было небольшим, большая часть страны оставалась незаселенной, а земля была при этом плодородной. Семья крестьянина, какой бы бедной она ни была, зачастую питалась настолько хорошей едой, какую только они могли себе добыть. Шерсть на одежду, кожу на туфли, свинину и зерно в кладовой — все это крестьянин выращивал сам. Кроме железного котла да некоторых орудий труда покупать ему было просто нечего. Он жил на свежем воздухе, пил чистую воду, мог развести огонь и построить дом. В некоторых случаях, когда богачи жили в холодных каменных замках вдали от солнца и воздуха, баланс здоровья склонялся в пользу крестьянина и его простого образа жизни. Невзгоды и голод ранних деревенских сообществ чаще вызывали эпидемии, непогода и войны.

Но Индустриальная революция согнала людей с земли. Они оказались отрезаны от естественного источника пищи и впервые вынуждены были бороться за право покупать еду. Жестокость Индустриальной революции в том, что она сделала деньги жизненной необходимостью; не в том, что люди бросили возделывать землю и не в том, что они набились в города, а в том, что они оказались отрезаны от источника пищи.

Сегодня городские жители редко осознают необходимость непрерывной крестьянской работы. На земле приходится ждать три года, прежде чем можно начинать жить. Хлеб на столе — это зерно, купленное два года назад, говядина — корова, которую растили два года или больше, и даже если овца принесет двух ягнят, они два года будут на пастбище, прежде чем станут мясом на столе. И даже купленного задешево поросенка надо кормить месяцами, прежде чем отправить на убой — а без постоянной работы в поле кормить его просто нечем. Это элементарно, и все же многие бездумно спрашивают, «Почему же рабочие не вернулись в деревню?» Деревня — все равно что захлопнувшаяся дверь.

Только деревенские жители понимают невозможность ухода с земли — даже на несколько месяцев — без потерь. Для несчастных жертв индустриальных городов «возвращения домой» просто не было. Покинув возделываемую землю, они впервые в истории оказались зависимы.

Что же эти люди оставляли позади, уезжая в город?

В 1870 году фермерский рабочий в Файфшире (Шотландия) зарабатывал в год 12 фунтов. Также от хозяев он получал 65 стоунов овса (почти 50 килограмм) и ряд картошки (1200 ярдов длиной в поле). Он получал также дом, сад и корм для коровы, а на время сбора урожая — дополнительный хлеб и пиво.

Такой рабочий скорее всего держал свинью — на отходах от дома и сада — и нескольких курочек. У него был бы только один очаг, возле которого собиралась бы вся семья после ужина — и топливо для этого очага, торф, он бы резал и доставлял самостоятельно. В саду можно выращивать салат и мягкие фрукты — Файф известен свой малиной — лук и летнюю зелень. Вероятно, такой рабочий держал бы пчел.

Что хранится в кладовой у его жены? Овсяные сконы, галеты, хлеб и каша. Бекон, сало, свинина, ветчина, яйца, фрукты, овощи и картофель, мед, молоко, масло и сливки, сыр. Молочные пудинги, костяные и овощные бульоны, возможно, легкое пиво. И все это — не потратив и пенса в магазине.

Добавьте к этому небольшое количество чая и кофе, какао, лимон, имбирь и соль с сахаром — и тогда в кладовке появляются пирожные и печенье, — полноценная диета, пусть даже и без баранины и говядины, которые можно было выменять на что-то другое. Зарплата в 1 фунт в месяц должна была покрыть расходы на небольшое количество угля и свет (масло и свечи), мыло и прочее — но питание было практически не зависимо от денег.

Это жизнь хорошо устроенного крестьянина. У наемного рабочего жизнь была далеко не такой сладкой, и свою базовую диету он должен был дополнять за счет заработка. От хозяев он получал место для сна, одеяло и простыни, топливо и возможность пользоваться кухней, но из еды только овсяный брос (настоянную на воде овсянку) и молоко. Количество было достаточным, а вместе с молоком и овощами из сада, диета получалась довольно здоровая. И опять же, смысл заключался в том, чтобы вместе с базовой платой покрыть еще и базовые потребности работника.

Любопытно отметить, что такие работники должны были иметь свои деревянные миски и костяные ложки. Кастрюли на кухне были из чугуна, ножи и вилки стальные, а льняные простыни и домотканные одеяла практически неразрушимые, так что необходимость замены была сведена к минимуму. Интересно еще отслеживать разницу в оплате от района к району. В Беруикшире к вышеупомянутому добавляется доставка угля и небольшой надел для выращивания льна. В Нортумберленде — рожь и горох, а еще пшеница, ячмень и шерсть для пряжи. Держать птицу запрещено, но разрешены свиньи.

Если фермерский рабочий не живет на той же ферме, но выполняет высококвалифицированную сезонную работу, можно отметить существенный рост платы. Так садовник может зарабатывать 40 или даже 50 фунтов в год, но за жилье ему придется платить самому. Хороший фермерский дом в то время можно было построить за 300 фунтов.

В своей «Фермерской книге» (Book of the Farm, 1844) Генри Стивенс отмечал, что «еженедельная плата соблазняет английского фермера зайти в деревенскую пивную, в то время как шотландский фермер получает плату натурой, живет на месте и проводит свободные часы с семьей.»

В противовес этому, расходы в городе намного выше, и включают пункты, тратить деньги на которые деревенскому жителю просто не пришло бы в голову. Инструкции от 1832 года написаны, скорее всего, для сыновей фермеров, взявших в жены девушек с социальными амбициями, или мужчин, не стремившихся к ручному труду и мечтавших о легких деньгах и «красивой жизни». Улицы в Лондоне были «вымощены золотом», открывались сотни новых магазинов и рабочих мест. Возможность работать в офисе, на фабрике или даже на железной дороге соблазняла людей на то, чтобы «продаться» и переехать в город.»

В этих инструкциях расписаны примерные траты на жизнь в городе — около 110 фунтов на одни только продукты, уголь и бытовую химию. В отношении продуктов любопытно отметить, что бывшие деревенские жители почти полностью отказывались от сыра, ветчины и овощей с фруктами, зато яростно набрасывались на говядину и баранину.

Дороти Хартли также приводит отрывок из журнала за 1880 год, где расписаны ужины на неделю некоей городской семьи:

Воскресенье: Тушеный стейк. Мятый картофель. Рождественские пирожки.
(Ночной перекус: Яйцо-пашот на тосте. Какао)
Понедельник: Требуха по-нормандски. Пудинг из саго.
Вторник: Овечья голова. Овощи и клецки. Тарт с патокой.
Среда: на чай — Рыбное желе. Имбирные пряники.
Четверг: Коричневый суп. Рыба в молоке. Деревенский пирог.
Пятница: Бараньи котлеты. Вареный картофель. Брюссельская капуста. Макароны с сыром.
Суббота: Суп из сельдерея. Мелко порубленный бекон. Мятый картофель. Пудинг в чашке.

Отправить ответ

avatar
  Subscribe  
Notify of