Ханна Гласс — кухонный Че Гевара

Кажется, что в какого автора ни плюнь — обязательно попадешь в кухонного Че Гевару. Карим систематизировал французскую кухню, Эскофье — безжалостно его отредактировал; Актон первой стала писать список ингредиентов, а миссис Битон (о чудо из чудес!) догадалась переставить его в начало рецепта. Китчинер первым обратился к рецептам для самых бедных, а Сойе и Франкателли побывали по обе стороны спектра… Но не было бы преувеличением сказать, что этот (да и любой иной кулинарный) блог едва ли существовал, если бы не Ханна Гласс.

Ханна Гласс родилась в 1708 году, от внебрачного союза богатого джентльмена Айзека Олгуда и ирландской вдовы Ханны Рейнольдс. Олгуд незадолго до их связи женился, но это не помешало ему содержать любовницу и зачать с ней еще двоих детей. Когда Ханне было шесть лет, от любовницы отец избавился, но детей принял в свой дом, поэтому выросла она в сытости и довольстве. Знакомство с устройством богатого хозяйства пригодилось Ханне во взрослой жизни, но не так, как можно было бы представить — это история отнюдь не о романтическом браке незаконнорожденной с аристократом-богачом.

В 16 лет, когда умерла ее мать, а отец занемог, Ханну отправили жить с бабкой в Лондон, где, кхм, огни большого города тут же вскружили ей голову. Уже в августе она тайно венчалась с младшим офицером Джоном Глассом. О браке стало известно уже через месяц, и бабка Ханну выгнала из дома. 16-летняя девушка — девочка, давайте будем честными — оказалась в свободном плавании.

Новоиспеченная ячейка общества жила впроголодь. Несколько лет они отработали в услужении графа Донегола, но уже в 1732 году были вынуждены вернуться в Лондон — скорее всего, из-за растущего числа отпрысков. Всего Ханна родила 11 детей, хотя младенчество пережило всего пятеро.

В 1747 году Ханна взялась писать книгу о кулинарии. Поварихой она не была — строго говоря, ее умения были связаны с иглой, а не половником. Зато она обладала смекалкой и пониманием, кхм, конъюнктуры рынка. Дело в том, что в XVIII веке средний класс еще только зарождался, и, хотя спрос на инструкции для управления хозяйством уже начал проявлять себя, сами эти инструкции — особенно в кухонной сфере — были написаны языком максимально для простых людей недоступным. Изысканные шефы писали книги для изысканных шефов. Куда здесь деваться хозяйке из дома с трубой пониже и дымом пожиже? Она и хотела бы выдать указания своим слугам, да сама не может разобраться в том, что написано в умных книжках. «Искусство кулинарии просто и понятно» (The Art of Cookery Made Plain and Easy) вышло с подзаголовком «превосходит любые книги, до того изданные».

«Если господа хотят нанимать французских шефов», — прямо заявляла Ханна, — «пусть платят за французские трюки. Я не пишу высоким и вежливым стилем, за что меня, надеюсь простят; моей целью было инструктировать низких слуг, а к ним нужен свой подход. Например, когда я велю им нашпиговать птицу, они просто не поймут, если скажу использовать большой шпик, но если я велю взять сало с небольшими кусочками бекона, они сразу сообразят, о чем речь».

И, надо сказать, «Искусство» моментально стало бестселлером. Издавалась книга по подписке, но дополнительные тиражи стали появляться на полках со скоростью света. Ханна наконец разбогатела. Кулинария не была ее призванием или страстью (собственно, рецепты в книге в основном были упрощенными рецептами из более изысканных и трудно воспринимаемых трудов), и все деньги она пустила в то дело, которое действительно знала — открыла изысканное ателье в Ковен-Гардене. Предприятие было рисковым, и не выгорело — уже в 1754 году Ханну объявили банкротом. Муж ее к тому времени скончался, а все имущество она предусмотрительно успела переписать на старшую дочь, поэтому с молотка за уплату долгов ушли права на книгу.

Автором «Искусства» значилась только некая «дама», что в определенных кругах вызывало изрядный скепсис. Современник Ханны, известный поэт и лексикограф Сэмюэл Джонсон так и вовсе заявлял, что «женщины могут неплохо ткать, но не могут написать достойную кулинарную книгу». Поэтому долго считалось, что автором был на самом деле ботаник Джон Хилл. Однозначно авторство было доказано только в 1938 году.

Что не помешало Энн Кук в 1755 году издать собственную книгу по кулинарии, посвятив добрую треть ее разгромным комментариям в адрес дамы, написавшей «Искусство». «По моему мнению эта фаршированная капуста станет месивом в первый же день, а желудки, получившие его, будут в таком отвращении, что их носители скажут, «От капустных колик Господи избави нас!» Кук жила в Хексеме, неподалеку от брата Ханны, Ланселота Олгуда, и считается, что она таким образом ответила на его преследования.

Меж тем, финансовые трудности не оставляли Ханну. Всего через два года после лишения прав на свой магнум опус, она оказалась в долговой тюрьме Маршалси — той самой, где через 70 лет окажется отец Диккенса. Просидела она там, правда, меньше месяца, а к концу года и вовсе оказалась на свободе. И тут же бросилась поправлять финансовое положение новой книгой — «Руководство слуг».

«Руководству» не суждено было сравниться по популярности с «Искусством», как и последней ее книге «Полный справочник кондитера». О последних годах жизни Ханны мало что известно — это история, которая закончилась не с громом, а со всхлипом. Закончилась — но осталась в людской памяти, хоть и своеобразно. Ханна взялась за книгу, чтобы написать ее языком понятным самым непонятливым — но уже через несколько десятков лет уже ее язык поставил потомков в тупик. Наподобие несправедливо приписываемой Молоховец инструкции в случае неожиданного прихода гостей спуститься в подвал за парой тушек курятины и дюжиной яиц, Ханну называют автором наказа «сперва поймайте зайца». В рецепте запекания зайца на вертеле она пишет take your hare when it be cas’d — возьмите зайца, с которого содрали шкуру, но… Эта фраза, символизирующая, надо думать, умильно-пасторальную картинку деревенской жизни XVIII века, так прилипла к Ханне и ее трудам, что недавнее факсимильное издание «Искусства» гордо носило этот заголовок.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar
  Subscribe  
Notify of